Почему, если на дороге с ограничением 80, появляется участок с ограничением в 60 км/ч, скорость никто не снижает. А если на участке с ограничением в 100, появляется участок с ограничением в 120, все рвут вперед как в зад укушенные?

О рыбьих сердце и мозгах

Рыб мы завели в августе. Это было очень важно. Аквариум с золотыми рыбками был чуть не последним оплотом на пути к исполнению всех желаний советского мальчика. Мне рыбы никогда особенно не нравились. Но детские мечты должны сбываться, так что ладно, давай купим аквариум.

На другой стороне списка детских фантазий, как известно, такой же длинный список детских обещаний: кормить их буду, мыть их буду, сказку буду на ночь им читать...И этот список на обратной стороне, вот волшебство, исчезает в тот момент, как только ставишь галочку напротив детского заветного желания: «исполнено». Но детке все-таки за тридцать, так что рыбы получили полный спа-пакет за те два дня, пока дело не дошло до следующего пункта в списке – купить собаку!

Ну а рыбки с этого момента выживали исключительно на моем чувстве вины за всех унитазированных соплеменников из аквариума моей старшей сестры. Время от времени чувство вины дает сбой и аквариум приобретает изысканный, так сказать, флер английского пруда. С лягушками и комарами. Становится болотом в общем.

Недели три назад, думаю, надо почистить. Не то, чтобы, надо почистить, но из-за хлорофилла плохо стало видно кто и чем там занимается, а я такие непорядки в доме не люблю. Только в руки сачок – а там, мама моя, скалярии решили расплодиться – на трубке от фильтра икра. Ну хоть какое-то развлечение с этих животных! Посмотреть, как из икры мальки появятся, мне любопытно.

В общем, к рыбам стала я присматриваться. До чего же удивительные создания оказались! Во-первых, раньше я даже не знала, кто из них какого пола. Когда присмотришься – понятно. Черный – самец сто процентов: если есть еда – глотает все кусками. Если еда кончилась – скучно. От скуки чем спастись? Пойти подраться. Пообкусать всем плавники, кто не согласен с партией, загнать всех по углам и пусть сидят-боятся. И главное оглядываться, чтоб вторая, полосатая скалярия его за этим делом не застукала. Ей-то не скучно, она там листочки чистит, камешки перебирает, но если что – даст в ухо. И потом придется у нее в хвосте валяться, чтоб домой под куст пустила.

Во-вторых, как же они заботятся о своих слепых икринках! И пересчитывают беконечно их, и перецеловывают. Плавничками их вокруг обмахивают. Даже едят по очереди, не отходят.

Через два дня икринки превратились в каких-то головастиков, и мама их перенесла с трубы в кусты. Посадила спиногрызиков на листик и давай сгребать их в кучу плавниками, чтоб не разбежались. А другие рыбы так вокруг и рыскают, глаза на выкате и пасти жуть. Советский рыбовод, любитель-ихтиолог, благо мне повезло за такого специалиста выйти замуж, сказал мне точно: «Вон те цветные их сожрут. Не хочешь чтоб сожрали, отсади в какую-нибудь банку.»

Все приготовила для экстрадиции. Беру сачок. Вылавливаю первую. Вторую. Третью…И вижу как мои скалярии, заметив, что сачок в воде, кидаются на выводок своих потомков и всех до одного проглатывают…сами…

Два дня назад на трубке появилась новая икра. Не вмешиваюсь.

Давай споем! Ля-ляя-ля-ляя...

Ну чего я один-то пою? Эй, уснула?

Скукотищща с тобой...

Что такое счастье? Если включить голову, то в памяти всплывают цитаты из детских книжек и советских фильмов: «Счастье – это когда тебя понимают»… Или вроде того.
А если голову отключить, то…за спиной шумит море, солнце уже село и на небе появились первые звезды, но камни еще теплые и обувь можно снять. Наш пес шуршит бумагой, пытаясь сунуть нос в пакет со свежими черничными кексами. Запах соли и рыбы совсем исчезает, когда открываешь стаканчик с горячим ванильным латте. Сидим под фонарями на мосту влюбленных. «Good evening…» - приветствуем мы пару пожилых оманцев, проходящих мимо: она в совершенно закрытой черной абайе и черном платке, он в длинной белой рубашке и вышитой шапочке, с аккуратной, красивой седой бородой. Улыбаясь, кивают нам и неторопливо, будто в ритме сонных волн под каменной опорой, проходят дальше, держась за руки. И о счастье больше не думаешь, его чувствуешь.

У умных есть мозги, а у дураков - яйца!

Обожаю эту новую рекламную кампанию Дизель! Сразу захотелось натянуть на себя их штаны. Своих дизелей у меня нет, натянула мужнины. К сожалению, не подошли. Ну да ладно, обзаведусь своими, на таких дураков, как я, в конце концов, Дизель и рассчитывает. А когда на тебя рассчитывает кто-нибудь, а тем более Дизель, подводить не стоит, я считаю.
Для дизелей дури во мне предостаточно. Всегда было хоть отбавляй. "У умного есть планы, а у дурака - истории". И ведь в историях ты обычно ну совсем не виноват. Просто когда ты в кои-то веки берешься за ум и хочешь сделать что-то правильно - обстоятельства складываются какие-то дурацкие.

Я осознала свою дурь еще в самом глубоком детстве, потому как от рождения отличаюсь непомерным интеллектом. Я тогда решила всем ее сразу не показывать и по возможности маскироваться.
Приходим с мамой мы на медосмотр. Мне лет пять, похоже, было. К окулисту. Показывает тетка буквы алфавитные. Ну я так про себя думаю: в чем подвох, не может тетка мне такую простоту показывать и начинаю кочевряжиться, херню всякую выдумывать, чтобы дурой-то совсем не выглядеть. Не помню, что я там плела про Э,Ю,Я...про У сказала точно помню, что это - самолет. Причем однокрылый.
Ну, в общем, выписали мне очки. Мама тогда возмущалась еще: "Нет, ну странно так. Нет, ну подумаешь, ребенок в алфавите самолет увидел, че у него сразу зрение плохое что-ли?" Очки не купила.

***

С тех пор врачей я всегда побаивалась. А пошла в школу и еще больше чем врачей стала бояться одной вещи - попасть в хор и оставаться петь ПОСЛЕ УРОКОВ!, как моя старшая сестра. В общем, музыка была, пожалуй, единственный предметом, где лишний раз я рот старалась свой не разевать.
И вот приходит к нам на музыку однажды тетка очкастая такая. Мы начинаем петь, и эта тетка к каждому подходит и ухо свое чуть не в рот сует. Я думаю, ну точно наш районный ЛОР ей стуканула про мои гланды. Маму не уговорила своим: "ну гнусавит же, удалять надо", так щас пока тут мамы нет, она мне гланды и откусит. Ну думаю, хрен ты меня тут вычислишь, и стала так проникновенно выводить "роодноой аартеек...", как будто у меня не то что второе дыхание, но и диафрагма , знаете ли, не одна. Было б мне тогда известно про тирольские рулады - я б точно впела парочку между куплетами.
Дирижер тогда отобрала несколько человек для хора, репетировали раз в неделю. А меня, кроме хора, включили еще в музыкальный ансамбль и мы столько репетировали, что песенку про карусельные лошадки я еще в маразме своим внукам буду петь.

***

На сцене я вообще отличилась, надо сказать. Помню, директриса школы объявляет в микрофон: "Приветствуем капитана команды что-где-когда шестого вэ Аллу Тверскову!" Все смотрят на меня, я под аплодисменты поднимаюсь на сцену в актовом, запинаюсь на верхней ступеньке и припадаю к полу в позе "задом в небо", как говорит инструктор йоги. Я тогда несколько дней переживала: такой момент, почти что Оскар, а я на сцену так влетела неэффектно. А сейчас-то я еще припоминаю, что явилась туда в выпускном платье старшей сестры и ее же туфлях с каблуками. Ну платье, черт с ним , болталось, наверное, но не слетело бы, а вот в туфли я чего тогда, мне интересно, напихала?
Не помню, к сожалению, не было ли у меня губной помады и подкрученных на плоечку волос...что-то подсказывает мне, что я к событию готовилась как надо и не могла таких деталей упустить.
***

Вообще осознавать свою неземную красоту невероятно тяжело. Моей лучшей подругой в школе была моя двоюродная сестра Любка. Мне было лет десять-двенадцать тогда, она на два года постарше. Я после школы часто пропадала у нее до вечера, а потом просила ее проводить меня "хотя б до полдороги, Люб, а вдруг меня кто украдет". Ее "да кому ты тощая коза нужна" шло в разрез с моей самооценкой и потому как довод не воспринималось.
Однажды Любка говорит: "заколебалась провожать тебя. Ну че ты боишься? Ну боишься, возьми дома че-нибудь острое в карман, для обороны." Любка, как видите, тоже умом не дура и совет дала хороший. Вот, значит, я пришла к ней в гости, ну туда-сюда, темнеет. Домой я говорю пойду. Проводить, спрашивает? Не надо говорю, я взяла острый предмет для обороны. Лезу в карман и ей показываю мамину пилку для ногтей. Она мне каак даст подзатыльник. Проводила меня потом.

***

Вообще от страха мыслить начинаешь конструктивнее.
Родители уехали на дачу летом ночевать, а нас оставили с подружкой дома. Ну мы давай по кабельному ужасы смотреть. Потом уже как-то и спать охота, а спать страшно: вдруг пока мы спим маньяки заберутся к нам в квартиру. И что тогда скажете делать? А спать охота. Ну мы надули с ней матрас и пошли спать на балкон. Дверь за собой прикрыли поплотнее, чтоб если что маньяки б не заметили, что балкон есть. Взяли с собой на балкон и нашего пса (здоровую такую псину весом килограмм в пятнадцать), чтоб не дай бог и он(!) маньякам не достался. И все продумали так хорошо: что если кто-то к нам в квартиру заберется - то пес залает. Мы тогда с Ольгой быстренько спрыгнем с балкона (важная деталь: мы закрылись от маньяков на балконе первого этажа!) и побежим за помощью. Пока маньяк собаку ищет, мы придем уже с милицией обратно и пса спасем.
И знаете, когда вот так все ясно, четко, все продумано - действительно спокойно спишь. Даже с собакой на матрасе на балконе на первом этаже.

***

Но у меня не клинический случай. Жизнь меня лечит. В институте таких историй уже как-то не случалось.
Ложимся как-то спать, с подружкой мы снимали комнату. Че-та говорю, Оль, горло у меня першит, не остаться б завтра мне без голоса. Ольга из медицинской семьи, говорит: возьми там на серванте пастилки у меня лежат от кашля. Под язык засунь, пройдет все. Да ну, говорю, как я с этой гадостью во рту усну. Да эти, говорит, нормальные, с апельсиновым привкусом. Ну ок. Таблетку в рот, легли, свет погасили. Я чувствую, на вкус пиздец. Ну ладно, думаю, мож там внутри где апельсины...
...
- Оль, невкусная че-та
- Ну конечно невкусная, там апельсиновый только вкус, а так лекарство все-таки
...
- О!Защипало! Действует, наверное!
- Ну не знаю, мне ниче не щипало, ну наверное действует
...
- Оль, а ше ш нее пены-то штолько? Уже фше рашшошалошь а пену-то ше, глотать што ли?
- Блин, да какая на фиг пена там у тебя? Нет там ника...Ты какую блин таблетку съела? Конечно действует блин! Щипит! Я этой перекисью собиралась завтра волосы покрасить!

***

Муж - не мама, при нем особенно колен не повыкидываешь. Да и работа не институт, включать дуру на работе стоит денег.
Возвращаюсь как-то из редакции с водителем, часа в четыре утром. А муж мне мозг всегда песочил, что нельзя так работать до утра, что значит номер сдаете, не спишь ни фига. Ну а если мы номер сдаем каждый месяц, че я сделаю.
Вот подъезжаем к дому, вижу, что во всем доме свет отключен. В подъезде значит темь, лифт не фурычит, а мне переться на седьмой этаж. Мобильных, чтобы светлый путь себе прокладывать, тогда еще в народе не ходило. Пошли с водителем и зажигалкой. Звонок, понятно, не работает. Верхний замок открыли кое-как, сидим вместе с водителем на корточках, пытаемся и нижний откупорить. Дверь открывает муж в семейниках, видит картину маслом "Двое на корячках. Зажигалко" и произносит заспанно: "Ну ты совсем уже..."

***

Сейчас и вовсе я домохозяйка. Прикидываться умной мне особо негде. Нет, ну в нашем супермаркете меня уже, конечно, знают, как дамочку, которая просила взвесить ей "кусочка три филиного куре". Ну кое-кто еще меня там, может, знает меня как дамочку с томатными усами (Муж: ты откуда? - в магазин ходила. А сок томатный ты когда пила? - за завтраком.)
Но в остальном супружество с человеком светлого рассудка меня, конечно, заставляет включать мозги.
Муж: Ты где? Я вот домой зашел, а тебя нет еще. Ты ведь мне полчаса назад сказала, что уже подходишь к дому.
Я: Да я и подходила как раз. Но только мы с тобой поговорили, я встретила слепую француженку, она не могла дом найти. Я ее провожала.
Муж: Какую француженку?
Я: Ну какую француженку, Вань! Из Парижа.
Муж: А почему слепую?
Я: Ну потому что ей глаза закапали, она приехала к какому-то известному московскому врачу, а щас уже темно. И она дом не видит. А по-русски она ни у кого спросить не может.
Муж: А с тобой она что на английском разговаривала? Французы на английском ведь не говорят.
Я: Ну я знаю, Вань. Я тоже удивилась про английский. Но она английский выучила когда в Китае еще жила.
Муж:... Мм... понял. В общем я тебя тут дома жду.

Сказка от ВВ

Звонил мне сегодня ВладимВладимирыч.
Мой бывший руководитель из военных, у которого всегда нелишне поучиться простой житейской мудрости. ВладимВладимирыч из тех позитивных людей, у кого на всякую обыденную ситуацию найдется, как у доброго грузинского тамады, выдающийся красочный комментарий. Из разговоров с ним мог бы получиться нетривиальный томик советов из серии помоги себе сам, потому что остальным на тебя пофиг. В общем, я от беседы с ним заряжаюсь "пинком в зад" не хуже, чем платоновы ученики.
Школа жизни от ВладимВладимирыча для меня бесценна. Горы прочитанных книг, просмотренных фильмов и тем паче тренингов никогда не приведут меня к столь ясному пониманию мира, каким обладает Старший товарищ.
Сегодня он в двух словах разъяснил мне, что такое русская корпоративная политика: "Ты забесплатно на дуде игрец и на гармошке трындец!" У меня на эту тему потоки речи изливались бы мощнее, но не уверена, что мне бы удалось так четко выразить главную идею.

А вот притча сегодняшнего дня от ВладимВладимирыча (стиль рассказчика сохранен, мата нет):

"Летит воробей, а зима, холодно. Бум, упал в сугроб и чувствует все, замерзает. Думает, ну все, конец мне пришел. И тут идет мимо корова и прямо воробью на голову лепешку навалила. Воробей согрелся, ожил. Идет мимо лиса, увидела воробья и говорит: "ой, бедьненький, что ж ты в говне-то весь, дай я тебя отмою", достала воробья из кучи, вымыла и съела. А мораль тут какая? Не каждый, кто на тебя срет - делает тебе плохо, и не каждый, кто помогает - желает добра".

Прынцесса на горошине

В журнале вычитала, что датский король на досуге любит приготовить что-нибудь и даже издает кулинарные книги. Обсудили с мужем, что у королей свои причуды, поперемыли кости всем известным нам коронованным особам, разумеется, и добрались до главного вопроса: а чем бы занимались мы будь в нас голубая кровь.

Моя картина следующая:
Мой муженек без трусов, но непременно в жабо фламандских кружев и пудренном парике скачет на перине и качается на люстре. А я в пижаме розового шелку с бархатной козетки кидаюсь в мужа карамелью: "Шерри, лови скорее бонбончик!"

Картина, писаная живым воображением супруга:
Грязный парижский кабак и опустившая пара пожилых аристократов. Беззубая старуха тычет старика лицом в тарелку и говорит пропитым голосом: "Жерри, жерри скорее, сволочь"

Видимо, в пионерском детстве нам рассказывали разные истории о разлагающем влиянии капитализма.